Сравнить цены на книгу: От Боровицкой до Пушкинской площади. Москва, которой нет. Путеводитель; Москва, которой нет, 2019

«Есть города, похожие на кремовый торт. Есть города, похожие на пиццу. Есть города, похожие на суси. Москва всегда напоминала мне пирожное «наполеон». Во-первых, потому что человек с этим именем однажды чуть не сжевал её без остатка. А во-вторых, потому что фактура нашего города восхитительно слоиста. Если не запихивать Москву в рот одним куском, без толку и вкуса, а лакомиться ею по-гурмански, конца угощению не будет – количество слоёв и спрятанных меж ними начинок ограничивается лишь нашей осведомлённостью. Я всегда считал, что неплохо знаю историю и тайны своего города, но эта книга подарила мне несколько новых слоёв. Очень вкусно, спасибо».
Борис Акунин

«Москва, которой нет» - это всё-таки Москва, которая есть и, может быть, будет. Потому что проект сохраняет память об утраченном, а только это горькое чувство способно заставить спасти еще чудом уцелевшее - кусочки переулков, двориков, особнячков. О них мало кто знает, но проект инвентаризирует почти всё, давая хоть какой-то шанс сберечь остатки, без которых центр города превратится в уже сплошную новодельную фальшивку».
Леонид Парфёнов
«Чем замечательны улицы старых городов? Наверное, прежде всего ощущением подлинности, непередаваемым ароматом времени и твоей причастности к нему.
Ветер перемен выдувает дух времени из московских переулков и каждая попытка противостоять ему как минимум благородна. Любая мелочь, небольшая деталь, любопытная история могут стать той поворотной точкой, с которой хоть у кого-то появится ощущение истории города как истории собственной жизни. Дай бог, чтобы благодаря вашим книгам и вашим делам, это чувство проснулось у каждого из нас».
Сергей Куликов
Вторая книга этой серии ничуть не хуже первой. Написано профессионально и невероятно увлекательно и интересно. Вот только читаешь всё это и ещё раз убеждаешься, что старая Москва, к сожалению, уничтожается с катастрофической скоростью. Она теряет уже не десятки, а сотни исторических зданий, на месте которых иногда вырастают муляжи прежних, а чаще – новоделы сомнительного качества.
В мешке с драгоценными камнями образовалась прореха, которая с каждым годом расползается всё больше, и ускользают из этого мешка камни - подлинные свидетели и участники жизни той Москвы - сто-, двухсот- и даже трёхсотлетней давности…один за другим…
Есть в Москве и общественное движение «Архнадзор», и множество неравнодушных людей, которым не безразлична судьба исторической застройки столицы. Они отважно борются и имеют положительные успехи, но этого недостаточно, чтобы кардинально изменить градостроительную политику.
Книга заканчивается прекрасными, на мой взгляд, словами:
«Всё больше москвичей проявляют собственную инициативу по сохранению Москвы, которую бы они хотели видеть своим родным городом, а не залом ожидания для транзитных людей. И дело не в количестве приезжих (все столицы мира полны приезжими), а в том, чтобы складывались наши отношения с Москвой. А какими они могут получиться без знания и уважения истории?
Да ещё когда город на глазах, с такой удивительной лёгкостью избавляется от улочек и тронутых временем домов, пытаясь дотянуться до европейских стандартов. Но старая Европа всегда помнила, откуда она родом, и не увлекалась разрушениями. Даже наши бывшие братья по союзу, те же латыши, став частью Европы, не полезли напролом в калашный ряд – остаются верными своим собственным стенам и камням. И как в старые добрые времена, «в узких улочках Риги слышен голос столетий…», и москвичи с удовольствием катаются к рижанам «на каникулы».
Поэтому, что бы ни придумывали в оправдание сторонники сноса старой Москвы, их политика приносит вреда больше, чем пользы. Столица без дыма отечества – что это? Поселение, где, как в телефонной книге, меняются фамилии и адреса.
Душа не находит себе места у потерявшего память человека. Страдающая амнезией культура обречена раствориться в чужой…»

Я в восторге от этой серии книг!
Отличное исполнение, изложение и подача материала. Информативно и отлично проиллюстрировано.